Глафира Мартинович: “Чтобы стать стоматологом, я потратила свои олимпийские призовые”

Глафира

Куда уходят победители и призеры Олимпийских игр?

Одни становятся тренерами, другие – чиновниками, некоторые уходят в светскую жизнь или даже в политику.

Глафира Мартинович, бронзовый призер Олимпийских игр 2008 года по художественной гимнастике в составе сборной Беларуси, стала стоматологом.

 

О песнях, которые звучат во врачебном кабинете, о своих пациентах и секретах новой работы она рассказала своему однофамильцу,корреспонденту“Народной Воли”.

 

Хотелось чего-то нового…

После окончания карьеры большинство художественных гимнасток остаются в спорте. Вы же ушли в стоматологию. Почему?

– Действительно, немногие уходят в другую профессию. Когда ты отдаешь часть жизни на достижение каких-то целей, сложно все перечеркнуть и начать с нуля.

В Минске мне никто не предлагал работу в спортивной сфере. Приглашали тренером в Америку. Но в тот момент я не хотела связывать свою жизнь со спортом. Я добилась результата, мне хотелось получить высшее образование. Это была основная цель, из-за которой я осталась в Минске. Были и другие причины: я устала, хотелось чего-то нового. Все шло к тому, чтобы все изменить кардинально. Наверное, нужны были какие-то новые сложности (смеется).

Почему вы тогда не поступили в Университет физкультуры? Думаю, у бронзового призера Олимпиады проблем с учебой не возникло бы.

–  В свое время родители скептически относились к профессиональному спорту. Они знали, что разница между учебой в обычной школе и в спортивной весьма существенная. Потому родители поставили условие: “После завершения спортивной карьеры ты заканчиваешь любой вуз, кроме Университета физкультуры”. Хотя сперва я вообще никуда не хотела поступать. После Олимпиады все спортсмены хотят отдохнуть и ничего не делать. Родители подняли меня с кровати и сказали, что я должна попробовать. Мол, если не получится сейчас, то я уже никогда не поступлю.

Сначала мы договаривались, что университет я буду выбирать сама. Но когда спортивная карьера была закончена, они настояли, чтобы я поступала в медицинский.

Какой-то диктат получается.

– Не соглашусь. Родители меня очень хорошо понимают, знают мои привычки и интересы. Я любила и люблю детей, поэтому могла бы стать педиатром. Но тогда я работала бы только с малышами. А в стоматологии более широкий диапазон: можно работать как с детьми, так и со взрослыми.

Но у вас самой был интерес к стоматологии?

– Еще с детства. Родители и мой первый тренер по гимнастике воспоминали, что на вопрос, кем я хочу стать, я всегда отвечала: стоматологом. Почему – не знаю, ведь в детстве я очень боялась этих врачей. Наверное, это больше мечта моей мамы. Она хотела стать врачом, но в итоге выбрала другую профессию. Да и среди родственников врачей не было. Разве что двоюродная бабушка была как-то связана с медициной. Но я не отношусь к этой истории серьезно. У всех детей постоянно спрашивают, кем они хотят стать. Планы могут меняться. С шести лет я занималась художественной гимнастикой. С того времени все мои мечты были связаны со спортом.

Как выперестраивались со спортивной жизни на студенческую?

– Очень сложно. За 14 лет привыкаешь носиться по залу, бегать, прыгать, и все в очень быстром темпе. А тут садишься за учебники и с восьми до восьми учишься. Первое время я в прямом смысле слова засыпала на лекциях. Два – два с половиной года ушло на адаптацию.

Были ли какие-то поблажки со стороны преподавателей? Все-таки они не часто учат призера Олимпийских игр.

– В университете знали, что к ним поступил кто-то из олимпийцев. Но не все знали, кто конкретно. А я не спешила никого информировать. Хотелось испытать саму себя. Мне до сих пор интересно прийти в какую-то компанию, где меня не знают. Если люди слышат о достижениях какого-то человека до знакомства с ним, у них может сложиться неверное впечатление. Лучше, чтобы тебя воспринимали как обычного собеседника.

Пациентов нужно жалеть

Всегда хотел узнать: на ком учат будущих стоматологов? Вряд ли кто-то захочет быть “подопытным кроликом” для практикантов.

– Сначала мы учим теорию. Потом тренируемся на манекенах, которые ощущают боль. А уже потом лечим реальных людей. А вот в отношении практикантов вы не правы. Наоборот, я замечала, что люди идут к ним более охотно. Считается, что практиканты относятся к своей работе более ответственно, стараются сделать все правильно, по шаблону. Ведь, отучившись в медицинском, каждый может выбирать тот способ лечения, который ему по душе (разумеется, когда возможны варианты).

Когда вы выбирали профессию, вас не смущало, что доходы врачей будут куда меньше, чем доходы спортсменов?

– Наверное, тогда я об этом не задумывалась. Тогда я осознанно шла в медицинский, зная, что врачи в нашей стране получают меньше… я даже не знаю, с какой профессией сравнить наши заработки. Ведь врач – это лучшая профессия в мире, и ее должны оценивать по достоинству. Я не говорю о каких-то дорогих домах, машинах и самолетах. Хотя бы о каком-то среднем уровне, который позволит врачу спокойно создать семью и содержать ее.

– То есть зарплаты вам не хватает?

– Нет. Вряд ли кто-то из врачей скажет, что ему достаточно денег. Правда, лично я не могу жаловаться. У меня все сложилось достаточно неплохо. Чтобы стать стоматологом, я потратила свои олимпийские призовые. Поэтому родителям не пришлось за меня платить. При необходимости родные и близкие могут мне помочь. Но средняя зарплата врача, от которой надо начислять коэффиценты по категориям, все-таки должна быть выше.

У многих пациентов поход к зубному врачу ассоциируется с болью. Как преодолеть этот страх?

– Пациентов нельзя обманывать. Бывает, врач убеждает, что сейчас будет не больно. А потом раз – и резкая боль. После этого пациент просто перестанет верить врачу. Особенно если это ребенок. Есть вообще неконтактные ребята. Они даже не понимают, больно им или нет. Им просто страшно. Таких детей либо держат, либо лечат зуб под общим наркозом.

Я стараюсь психологически успокоить пациентов. А еще их обязательно надо  жалеть. Я сама знаю, что это больно, ведь до сих пор боюсь лечить зубы. Когда я была ребенком, кричала у врача так, что моим родителям было стыдно.

 

В свободное время – гандбол

С того времени, как вы закончили карьеру, художественная гимнастика сильно изменилась?

Раньше во время выступления звучала только музыка. Теперь можно выступать и под слова песни. Если говорить глобально, то наш вид спорта стал более женственный. Ведь многие, придя на соревнования, вообще не понимают, в чем его смысл? Все команды красивые, у всех прекрасная растяжка. Как их оценивать? Поэтому требования к красоте, грации, линиям усложняются с каждым годом.

– Вы будете смотреть соревнования по художественной гимнастике на Олимпиаде в Рио-де-Жанейро?

– Конечно!

На ваш взгляд, как выступит белорусская сборная?

–  Прогнозы – неблагодарное дело. Ведь Олимпийские игры очень непредсказуемы. Бывает, что спортсмен воспринимается как безоговорочный лидер, все предрекают ему золотую олимпийскую медаль, но во время выступления он ошибается и остается с серебром или бронзой. А то и вовсе не попадает на пьедестал.

Сейчас в разных странах мира работает очень много русскоязычных тренеров. Поскольку наша школа художественной гимнастики очень сильная, многие команды подтянулись. Если раньше на пьедестал претендовало четыре-пять сильных сборных, то сейчас – восемь. Наверное, белорусскую сборную недооценивают. Поэтому я очень хочу, чтобы девчонки показали лучший результат и претендовали на золото. Главное – выдержать психологическую нагрузку и выполнить программу по максимуму. Тогда, я думаю, их оценят.

– Чем вы занимаетесь в свободное время?

– В данный момент мое хобби – это снова спорт. Но не художественная гимнастика, а гандбол. Я участвую в проекте “Гандбол – моя мечта”. Каждая его участница должна поучаствовать в благотворительности: помощь семье инвалидов или ребенку из такой семьи. А еще мы играем матчи. Деньги, вырученные за билеты, тоже идут на благотворительность. Сейчас мы сыграли против 15-летних детей. Еще потренируемся – и будем выходить уже против более серьезных соперников.

Глафира Мартинович: “Чтобы стать стоматологом, я потратила свои олимпийские призовые” // Народная Воля. 2016. 26 июля. № 57. С. 8.