Музы Короткевича

Все лучшие произведения мировой литературы написаны о женщинах и ради женщин. Их портреты и образы, разделенная любовь или холодное безразличие вдохновляли писателей на создание шедевров. Многое ли мы знаем о музах белорусских писателей? Журналист и критик Денис Мартинович написал книгу «Жанчыны ў жыцці Уладзіміра Караткевіча», в которой на основе документов рассказал о женщинах, которых любил классик белорусской литературы. О некоторых из них — сегодня в «Вечерке».


Нина Молева

Екатерина
Ученики часто влюбляются в своих учительниц. Не стал исключением и Короткевич. Вернувшись после войны в Оршу, он пошел в 8-й класс школы № 1. Литературу у него преподавала Екатерина Ивановна Гриневич, которой в то время исполнилось 28 лет. Вместе с учениками она выпускала рукописный литературный альманах, где печатался Владимир. Леонид Кригман, одноклассник Короткевича, вспоминал: «Все парни нашего класса были влюблены в нашу учительницу литературы. Но сильнее всех Володя. Однажды мы с Юриком (Юрий Падва, их одноклас­сник) залезли на сеновал, где Володя обычно писал и прятал свои произведения. Мы нашли его тетрадь со стихотворениями. Там были романтические стихи, посвященные Екатерине Ивановне. Дело почти дошло до драки, когда Володя узнал о краже. Но потом мы опять стали неразлучными друзьями». Конечно, тут можно говорить скорее о юношеском восхищении, чем о любви. И все-таки Короткевич переписывался со своей учительницей до конца жизни.

Светлана
В 1949 году Короткевич поступил на филологический факультет Киевского университета. Именно со временем студенчества будущего писателя связана его любовь к Светлане М. (ее фамилия до сих пор не известна). Некоторое время парень и девушка были только друзьями, но затем их общий знакомый, который сам имел виды на Светлану, сделал так, чтобы между ними пробежала черная кошка. Кроме того, Короткевич не понравился родителям девушки, которые искали для дочери богатого жениха. Молодые люди не общались пять лет, а потом Светлана неожиданно написала ему письмо, где предложила начать все сначала. Владимир был на седьмом небе от счастья, но вскоре получил письмо от подруги Светланы, от которой узнал: его избранница вышла замуж за другого. Короткевич помнил свою первую взрослую любовь всю жизнь. Недаром он включил в сборник «Быў. Ёсць. Буду» (книга вышла посмертно) стихотворение «Юнацтва маё», посвященное Светлане:

І развёў нас не леў і не востры кінжал,
Не вакзалаў далёкіх агні,
А гады пакут і няшчырых пахвал,
Даносаў і брыдкай хлусні.

Нина
На творчество многих писателей влияли роковые женщины. Для Короткевича такой женщиной стала искусствовед Нина Молева. В 1958-1960 годах она преподавала историю искусств на Высших литературных курсах в Моск­ве, где учился писатель. Между ними начался страстный роман, но Молева была замужем. Кроме того, она словно играла с Короткевичем в кошки-мышки: то давала надежду на будущее счастье, то была подчеркнуто холодна. Мучаясь от таких отношений, он едва не покончил жизнь самоубийством. Чтобы спастись от наваждения, написал роман «Леаніды не вернуцца да Зямлі», в котором полностью рассказал историю их любви. Любопытно, что в романе героиня, чьим прототипом стала Нина, умирает после операции. Ходили легенды, что это была своеобразная месть со стороны Короткевича. 89-летняя любовь писателя до сих пор живет в Москве.

Новелла
В 1961-1962 годах Владимир Короткевич вновь учился в Моск­ве, на этот раз на Высших сценарных курсах. В это время он встречался со знаменитой поэтессой и бардом Новеллой Матвеевой. Вот что вспоминал украинский писатель Николай Амельченко: «Володя был влюб­лен не в красавиц. В женщинах его больше всего привлекали интеллект, тонкость чувств, необычайная духовность и, конечно же, настоящий талант. Как раз по этой причине мы дружили с одной талантливой поэтессой, девушкой-бардом. Она часто приходила к нам — или ко мне, или к Володе в комнату, играла и пела. Короткевич тогда сидел около ее ног на полу, не сводил с нее влюбленных глаз и сказал мне: „А ты знаешь, я на ней женюсь. Ей-богу, женюсь“. В Центральной научной библиотеке имени Якуба Коласа НАН Беларуси хранятся письма Матвеевой к Короткевичу, датированные 1961-1978 годами. Но поскольку автор писем, слава богу, до сих пор проживает в Москве, на руки их не выдают.

Галина
В воспоминаниях археолога Михася Чернявского, записанных его студентами, встречается интересная фраза, связанная с личной жизнью Короткевича: „Ну что вы, если бы у него были такие экзальтированные актрисы, сколько было [бы] трагедий… Не дай Бог, он женился бы на какой-нибудь актрисе или на какой-нибудь поэтессе — он ходил бы голодный и пьяный“. Эта не очень справедливая оценка касается Галины Бальчевской. Воспитанница детского дома, она год работала токарем на Минском мотовелозаводе, а после окончания театрально-художественного института — актрисой сначала в Витебске в Государственном академическом театре имени Якуба Коласа, затем в труппе Купаловского театра. История отношений Бальчевской и Короткевича до сих пор покрыта мраком. Скорее всего, страстная любовь Галины к писателю осталась безответной. Умерла Бальчевская в 2005 году.

Валентина
В 1967 году Владимира Короткевича пригласили на читательскую конференцию в Брестский пединститут. Вместе со студентами своего курса туда как куратор пришла Валентина Никитина. Конференция ее не сильно интересовала. Чтобы отсидеть мероприятие, она читала какой-то польский детектив. Когда Валентину и Владимира познакомили, она спросила: „А почему бы вам не написать какой-нибудь детектив?“ — „Какой, например?“ — «Ну, хотя бы такой, как „Дзікае паляванне караля Стаха“…

Все присутствующие рассмеялись, ведь эту повесть написал именно Короткевич. Сконфуженная Никитина предложила писателю сходить на чашечку кофе. Знакомство быстро переросло во взаимную симпатию. В 1969 году Валентина переехала в Минск, а в 1971-м они поженились. Короткевич посвятил своей жене роман „Чорны замак Альшанскi“: „В.К., которой обещал этот роман десять лет назад, с благодарнос­тью“.

Валентина Брониславовна умерла в феврале 1983 года. Один из друзей спросил Короткевича, какой была его жена. Он грустно ответил: „Она не была красавицей, но обладала удивительным духовным обаянием. Она была королевой духовности…». Писатель пережил свою супругу всего на год.

Музы Короткевича// Вечерний Минск. – 2015. – 12 февраля. – № 6. – С. 19.